КРО плюс-минус Юрий Скоков

(Опубликовано в значительном сокращении в газете «Завтра» № 47, ноябрь 1995 г.)

Накануне выборов, прогнозируя наше политическое будущее, историософу полезно окинуть взглядом прошлое, чтобы, осмыслив гигантские перемены последних десяти лет, точнее определиться в своих политических симпатиях и антипатиях.

Распад советской империи нельзя рассматривать в отрыве от истории империи Российской и вне сравнения с ней. Что связывало воедино огромные территории дореволюционной России? Конечно, армия, полиция, экономические и политические взаимоотношения народов. Но был и другой, главный цемент, не дававший отпасть ни единому кусочку от родной земли, позволявший любое властное решение провести в жизнь в любом регионе страны. Это – русская нация, ее труд, ее административный, воинский и культурный подвиг. Русский крестьянин и русский солдат, офицер, русский купец и русский работник, русский учитель и русский священник – все они были главными творцами единой России, ее уникальной цивилизации. Все они были – не за страх, а за совесть! – проводниками единого государственного интереса русской нации. Как при этом соблюдались интересы других народов и наций, живших на присоединенных территориях? Разумеется, по-разному. Например, эстонцев и латышей мы вызволили из крепостного рабства (оно, «по совместительству», было и немецким игом), армян, грузин и казахов спасли от геноцида, украинцев – от польско-католического закабаления. Некоторых других просто завоевали, покорили, хотя, в отличие от завоевателей древности, не истребили и не поработили. Но так или иначе, именно мы, русские, наши деды и прадеды, опираясь на свою национальную солидарность, строили, защищали и сохраняли огромное Государство Российское.

Гражданская война и установление Советской власти коренным образом изменили принципы построения империи и управления страной. Во-первых, на место национальной солидарности русских встала классовая солидарность всех «трудящихся» разных наций. Во-вторых, на место царской бюрократии пришла РСДРП (б).

Партия – новый, гораздо более совершенный, чем просто обычная администрация, инструмент власти и управления, гибкий, тонкий, проникающий во все поры общественного организма, способный мгновенно мобилизовать все силы народа на всем пространстве 1/6 части суши. Именно в этом был залог жизнеспособности нового государства, именно в этом – секрет успехов СССР в науке, образовании, индустриальном строительстве, в Великой Отечественной войне. Партия создала и такие мощные, цементирующие страну механизмы, как Госплан, а также советская армия и КГБ, существенно отличающиеся от царской армии и жандармерии. Нравится это кому-то или нет, но именно эти компоненты обеспечивали стабильность, без которой не могло существовать величие сверхдержавы. А оно – было. Каждому народу, входившему в СССР, есть сегодня за что добром помянуть ушедший строй, сравнивая успехи и достижения советского периода как с дореволюционной эпохой, так и с нынешними нестроением, разрухой и войной.

Но многие народы вспоминают партийно-советскую власть не только добром. И тоже не без оснований. Ибо, поставив во главу угла нового государственного дома принцип международной солидарности трудящихся, советская власть решительно отвергла и заклеймила принцип солидарности национальной. В соответствии с этим она с Октября 1917 г. взяла курс на классовый раскол всех наций и на беспощадное уничтожение национальных элит, формировавшихся веками. Пострадали все нации, располагавшие подобными элитами. Но тяжелей всего каток уравнительной политики прошелся именно по русской нации: кто выше всех стоит, тому больнее всех падать. С какими бы то ни было признаками русской ведущей роли стремились, кажется, покончить навсегда, невзирая на все былые заслуги. Лишившись в несколько лет большей части своей интеллигенции, администрации, своего офицерства, купечества, предпринимателей, а затем и лучшей части крестьянства, мы, русские, оказались под властью сил, во многом чуждых нашим национальным приоритетам. В Советском Союзе русские (формально – «первые среди равных») не имели, в отличие от других народов, ни своего партийного руководства, ни своей Академии Наук, ни каких-либо других инстанций, способных защитить наши интересы. До 70% выработанных в РСФСР средств уходило в союзный бюджет и не возвращалось в Россию. В итоге многолетней дискриминации русские превратились в донора, за счет которого расцветали и приобретали экономические и культурные преимущества другие, «братские» народы. «Пролетарский интернационализм» оказался на деле национальным эгоизмом сотни народов и народиков, населявших бывшую Российскую империю. Короткий период послевоенного возвращения к идее русской доминанты сменился новым господством интернационала, еще более последовательным и закоснелым в своей антирусской сути. Главная связующая сила страны неуклонно ослабевала.

До самых последних дней своей власти «кремлевские старцы», включая Горбачева, упорно не хотели замечать национальных и социальных противоречий, выросших в стране, пытались загнать эти противоречия внутрь раздираемого ими организма. Нам упорно твердили об «обществе социальной однородности», о «советском народе – новой исторической общности людей», в которой национальный признак, якобы, вообще теряет свое значение. Слепота правителей, мечтавших дожить свой век в блаженном неведении и благоденствии, дорого обошлась всем нам. Именно в «голове» КПСС, возомнившей себя общенародной партией, не сумевшей оценить значение русского национального фактора, не обеспечившей плавный переход, по образцу Китая, к новым, более эффективным экономическим отношениям, именно там началось гниение и распад, охватившие затем всю советскую империю. Добив КПСС, Горбачев, Ельцин и К° не только обусловили необратимый процесс развала СССР, но и, что хуже, – кризис государственности и системы управления в России. Созданные партией цементирующие и организующие структуры – Госплан, армия, КГБ и др. – также либо разрушены, либо переживают глубокий кризис, не позволяющий функционировать полноценно. Уникальный механизм, соединяющий миллионы частиц в одно целое, сломался, что породило хаос и анархию в стране.

Последствия, экономические и политические, произошедших событий – у всех на виду. Каждому русскому, хранящему в душе историческую память своего народа, видно, что нынешнее положение вещей – надругательство над судьбой и делом предков и угроза для детей, внуков и правнуков. Ситуация в России сегодня заставляет искать сравнения с пораженной в глобальной войне страной. Утрата территорий, в том числе балтийских и черноморских портов, экономический развал, разгром вооруженных сил, стремительная колонизация (по официальной статистике 85% нашего экспорта – это сырье). В довершение несчастий сами русские оказались в положении разделенной нации.

Однако есть среди произошедших перемен и такие, которые позволяют думать о будущем с некоторым – осторожным – оптимизмом. В первую очередь, следует отметить изменение национального состава страны, в которой мы живем. Что из этого следует?